Алхимия Слов

Оутс - титулованная американская писательница, книги которой, тем не менее, не получили широкую известность в нашей стране(за редким исключением). В послужном списке автора свыше 50 книг совершенно разной жанровой принадлежности. Она преподает литературное мастерство, завоевав известность хорошей рассказчицы. Диапазон ее творческих интересов широк и включает в себя как любовные романы, так и детективные триллеры. Кроме того Оутс неравнодушна к хоррору со всеми отсюда вытекающими. В представленном сборнике она обращается к жанру ужасов через призму гротеска, обращаясь к опыту Лиготти, По и прочих товарищей, которых занимали схожие вещи.  16 историй. Каждая со своей изюминкой. Однако далеко не любой рассказ сборника можно назвать хорошим или просто интересным.  Haunted  Сборник берет хороший старт. На первых страницах нас встречает неплохая история на классический сюжет о доме с приведениями. Прослеживается атмосфера полуденного ужаса и та «пряно-удушливая» тональность, с...

  Рассказам Даля часто присуще загадочное и даже мрачное обаяние, преисполненное ироничным взглядом на мир. Будучи большим выдумщиком, он, впрочем, апеллирует к реальным характерам, вынужденным действовать в необычных обстоятельствах. Сборник «Ах, эта сладкая загадка жизни!» можно назвать калейдоскопом плутовских историй в декорациях английской глубинки. Герои рассказов – деревенские пройдохи, демонстрирующие то ли смекалку и находчивость, то ли невежество и безответственность. Как бы не старался Даль, трепетно выводящий в текстах своих знакомых, симпатии к героям испытывать не получается. Прямолинейность и непосредственность персонажей, воспринимаемая автором как достоинство, элементарно не подкупают. Из рассказа в рассказ автор описывает схожими словами одних и тех же людей. Комедия ситуаций, в которые попадает главный герой и его приятели-прощелыги затрагивают по большому счету лишь две темы: сельские необычайности и сельские жульничества. Первые раскрыты весьма скупо, из-за чег...

Когда брат Бартоломе Аррасола понял, что заблудился, он свыкся с тем, что ничего не сможет его спасти. Всесильная гватемальская сельва вцепилась в него, безжалостная и неустрашимая. Он сел, спокойно ожидая смерти, лицом к лицу со своим неумением ориентироваться. Хотел умереть здесь, без всякой надежды, в полном одиночестве, с единственной мыслью об Испании, в особенности о монастыре Лос Аброхос*, где Карл Пятый однажды снизошел до Его Высокопреосвященства, дабы сказать, что непоколебим в своем религиозном усердии трудиться во благо искупления. Проснувшись, он обнаружил, что окружен группой дикарей, которые с невозмутимыми лицами намеревались принести его в жертву на алтаре, что Бартоломе принял за ложе, где смог бы, наконец, проститься со своими тревогами, своей миссией и с самим собой. Три года в этих краях предоставили ему приемлемое владение местными наречиями. Он попробовал что-то сказать. Произнес несколько слов, которые были ему понятны. Тогда в нем расцвела идея...